21:43 

lock Доступ к записи ограничен

Кэналлийский Воронёнок
"Паук великолепно проводил время. Он никогда не работал в офисе. Он вообще никогда не работал" (с) Нил Гейман, "Дети Ананси"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

17:24 

lock Доступ к записи ограничен

пожиратель счастливых билетов
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

13:33 

Глава 1. Эта вязкая осень.

Viva la Danny!
Art changes people and people change the world
– Почему ты мне не отвечаешь? – пиликает мой мессенджер. – Почему, Данил?

Я нёсся по подземному переходу между корпусами университета, опаздывая на важную лекцию. Я отчётливо слышал, как по холодному потолку проезжают машины, как вокруг дребезжат стены от создаваемой сверху вибрации и слышал, как звонко падают капли с подземных труб. На улице снаружи осень. Ненавижу осень. Стелющийся туман заполонил полдень, и теперь он есть везде – начиная от центральных улиц и городских парков, заканчивая домишками на окраине. В городе привычная осенняя сырость и холод, а на небе ни одного солнечного просвета. Телефон в моём кармане продолжал вибрировать, сигнализируя мне о еще паре пачек сообщений от моей девушки. Она совсем не умеет ждать.

- С тобой что-то случилось? Почему ты молчишь?

«Потому что мне некогда» – слова так и просятся наружу. Мне нет дела до обычных диалогов, когда весь окружающий меня мир медленно сходит с ума. Вся планета в одночасье решила сбавить обороты до черепашьей скорости. Все окружающие люди перестали торопиться и что-то делать: они стали медленно ходить, медленно общаться, они забросили дела и придаются медленному созерцанию жизни. Я обогнал по подземному переходу кучку из 5-рых студентов, что молча по нему шли, понурив головы и не проронив ни звука. «Да что же такое происходит?» - хочется спросить у невидимого собеседника. Такого же невидимого, как и всё окружение. С тех пор как началась осень, люди как будто… кончились. Кончились темы для обсуждения с одногруппниками. В их глазах словно воцарилась безразличность. Поверхностные всплывающие темы медленно меня убивают. Медленно и меня убивает то, что на предложения что-то сделать и куда-то сходить никто никак не реагирует. Прохожие по утрам, залезая со мной в трамваи, стоят там в одинаковых серых пальто с одинаковыми хмурыми невыспавшимися лицами, читая одни и те же новости, обсуждая друг с другом одну и ту же информацию, которую мне случайно выдается подслушать. Один я куда-то спешу и о чём-то беспокоюсь. Никому нет дела до моей инициативы, никому нет дела до красоты жизни. Я стал белой вороной среди этого сонного зыбкого мира.
Однако, социальные сети каждое утро и каждый вечер трезвонят: близится конец света! Успели ли вы насладиться жизнью? Признались ли вы тем, кто вам дорог, в чувствах? Резко поднялись религиозные вопросы: есть ли жизнь после смерти? Сам ли Бог послал людям апокалипсис, обозлившись на своё творение? Каждый день вы можете прочитать сотни и тысячи версий, ратующих за приближение конца света и еще больше их опровержений. Вся планета пустилась в дискуссии и рассуждения. Именно это обсуждают люди в трамваях и на перекрестках:

- Как ты думаешь, апокалипсис настанет?

- Да фиг знает. По мне брехня. Хотя, я начинаю задумываться о том, а если наступит, то что?..

То что? Эта тема тревожит всех моих приятелей и друзей в университете. Одни боятся настолько сильно, что хотят создать собственный бункер. Другие готовы встретить сей день и ответить за свои поступки перед небесами. Но никто из людей на нашей планете и представить не может, каким образом должен прийти конец всему сущему. Все только и делают, что говорят. И кажется, никто не намерен чего-то предпринимать. Это бездействие убивает меня.
Время неумолимо тикает. С каждой секундой я всё больше опаздываю на лекцию. С каждой минутой моего молчания в сети, моя подруга всё больше теряет терпение. С каждым часом всё больше людей узнает о непонятном грядущем конце света. И с каждым днём мы становимся всё ближе к его наступлению.

«21.12.12!» - трубят все заголовки от изданий газет до случайных статей в сети. «21 декабря 2012» - слышит каждый зевака. Календарь Майя оставил нашей современности огромную головную боль. По крайней мере, мне точно. Я тону в этом хаосе. Я теряюсь в общем бездействии. Я…

Я открываю свои глаза на лекции. Мой одногруппник уверенно тыкал в меня ручкой, чтобы я проснулся.

- Что?.. Как?.. – начал вопрошать я, быстро пытаясь осмотреть помещение, в котором я проснулся. – Как я здесь оказался?
Каким-то образом я оказался на лекции, на которую опаздывал. Я помнил, как я бежал по коридору. И больше ничего. В моей тетрадке записана пара слов. Кажется, я не опоздал. Почему я не помню, как дошел до аудитории? И судя по моим часам, я и не должен был прийти вовремя. Тревога начала медленно прокрадываться по венам моих худощавых рук.

- Очень смешно, - иронично прокомментировал сей вопросы Илья, мой одногруппник. – То ты ни с того ни с сего делаешь вид, что никого не замечаешь, то задаешь вопросы, как будто случайно здесь оказался. Меня не проведешь. Пиши. Препод сказал, что этого материала больше нигде нет.

Я уставился на него непонимающим взглядом. Как я мог никого не заметить? Значит я сюда попал, пройдя мимо Ильи, не поговорив, ничего не сделав. Это не похоже на меня. Я достал ручку и продолжил писать лекцию. Огромным минусом финального курса обучения в университете является то, что именно с лекций приходится черпать всю информацию, которая так или иначе, пойдет в твою дипломную работу.

- Я спал за столом?
- Да.
- Что, прям с самого начала?
- Хрен тебя знает. Ты просто молча прошел мимо меня, вообще ничего не сказав, дошел до парты, что-то черкнул в тетради, и опустил голову на руки. Что это за розыгрыш? Но даже так, ты ведь никогда не игнорировал мои…

- …шутки! – закончил я за Илью. Всё внутри у меня похолодело заново. Я ничего не помнил и вел себя не так, как обычно. Словно кто-то на мгновение перехватил мой разум. Что последнее я помню? Как я настойчиво игнорировал телефон. Может быть, и мой путь в подземном коридоре был сном? Я резким движением схватился за карман джинсов и начал доставать телефон.

- Друг, ты выглядишь очень взволнованным.
- Так и есть. Я не помню, как сюда добрался.
- О, ну да. Можем сколько угодно продолжать валять дурака, - Илья отвернулся и начал переписывать материал с доски.
- По твоему, в таком нервном состоянии я могу дурачиться!? – я схватил Илью за плечо. Моё дыхание участилось. Тревога передавалась от сердца к кончикам моих пальцев. Илья немного погодя поменялся в лице.

- Так… ну, такое бывает. Всё нормально. Поди ты опять не спал пол ночи, подрых пару часов и всё, теперь всё как в тумане. Мне знакома эта штука.

- Но я всегда помню, что со мной происходит, даже если я недолго спал… - протянул я, всё еще пытаясь промотать в своей голове произошедшее. Я достал телефон. Хоть что-то бы смогло пролить свет на то, что со мной происходило.

«Данил, Данил»
«Дани-и-и-ил!»
«Чего не отвечаешь?»
«Что-то случилось?»
«…»
«Совсем пропал что-то»
«Чем ты там таким занят?»
«Даниииииииииил!»
«R.I.P?»

Мои глаза увеличились вдвоем от настигнувшего меня удивления. Телефон всё это время действительно вибрировал. Илья покатился со смеху. Он тоже прочитал однобокую переписку.

- Ха-ха-ха-ха… Она чокнутая! – забавлялся Илья. – Чокнутая! Где ты их таких находишь? Мне всегда нравился твой вкус в девушках! Дани-и-и-ил!

Мне было не до этого. Я выпал из реальности, пытаясь прокрутить назад свою память. Безуспешно. Последнее, что я помнил, это гул машин на поверхности надо мной и медленно падающие с труб капли.

- Да не парься ты, - вставил Илья, глядя на моё обеспокоенное выражение лица. – Одной ногой во сне достаточно частое явление.

- Не у меня. Похоже, у меня начинается амнезия.
- Друг, я тебя умоляю. Брось. Ты мне буквально час назад пересказал сюжет «Мементо» от корки до корки. Я вот тоже порой ничего не помню.
- Ты?
- Ага. Не ты один гуляешь в ночь. Я часто после ночных похождений не высыпаюсь. После некоторых дневные моменты вообще смазываются, и я их не помню. Это, кстати, весело! Я тебе говорю. Доверься себе. С тобой всё ок.
Я кивнул и продолжил записывать лекционный материал, совсем не вслушиваясь в слова. Вокруг меня начали витать бесконечные духи сомнений. Больше всего они любят лакомиться именно мной. Тем временем, за окном не было ни единого голубого куска неба – всё было затянуто серыми холодными тучами. Университетские корпусы, что стояли напротив через проезжую часть, потемнели от недавно прошедших дождей. В небе летала стая одиноких ворон. Меня уносит куда то за пространство этой душной аудитории…

Секундная стрелка больших железных часов на одном из противоположных корпусов пересекла отметку в XII и медленно побежала вперед. Под неторопливый ритм её движения, сотни пешеходов пересекали улицу, выдыхая белый густой пар. Холодно. Осень замораживает всех нас. Это было единственной причиной моей ненависти к этому времени года. Я его любил и ненавидел. Любовь к себе осень воспела своей красотой стремительно умирающей природы: у меня захватывало дыхание, наблюдая, как мир вращается в своей оранжево-желтой канители, временами смешивающейся с серой непогодой и дождями. Любил я и длинные пальто, которые мы изысканно подбираем себе под стиль. Любил длинные тросты-зонты, любил возобновляющийся дух приключений, что хоронится каждое жаркое лето. Однако сейчас мне было не до приключений. Могут ли быть ярко-красные рябины, гнущиеся под порывами сильного ветра с дождём последним, что я запомню? Меньше всего мне хотелось терять себя. Только не сейчас.
ХЛОП!

- Я извиняюсь...
В аудиторию неаккуратно зашел аспирант профессора, неумело хлопнув за собой дверью. Каждый студент с нашего курса уже привык к тому, что некоторые люди не умеют управляться с этой дверью. Но в этот раз хлопок вернул меня обратно в реальность. Лицезреть невообразимые вещи.

В происходящем словно кто-то вырубил звук. Профессор общался со своим подопечным, широко раскрывая рот и активно жестикулируя, временами показывая то на аспиранта, то на записи с доски. Но в это же время, над дверным проёмом, в который зашел аспирант, начала зарождаться черная, как смола, тягучая жидкость. Нечто очень черное, начало растекаться, выделяя порой маленькие пузыри, которые противно взрывались, не оставляя от себя ни следа на стене. Оно медленно, капля за каплей, начинало выделяться всё больше и больше, постепенно доходя до дверных петель. И вот уже черная жидкость лениво стекала по дверному косяку. В серой аудитории насыщенный цвет виднелся ярче всего. Что за?.. Смола стекла на пол. Она двигалась по направлению к ступням аспиранта. Неужели никто этого не видит? Неужели никто ничего не скажет? Профессор слепо вещал студентам, глядя на центральную парту. Я практически уже вскочил, чтобы обратить внимание всех и каждого на неё, как вдруг Илья задал мне вопрос.
- Ну?
- Что «ну»?
- Как он тебе?

Я мгновенно кинул взгляд на вязкую черную жижу на двери и полу.
- Да не дверной косяк. Чувачок этот как тебе?
- Чёрт его знает. Обычный левый аспирант.
- Но он же сын самого…
- А как тебе дверь, Илья?
- Что? Дверь?
- Да!

Илья быстро переметнул взгляд своих серых глаз на дверь и на меня по нескольку раз, словно пытаясь счесть с моего лица объяснение. Его взор быстро сощурился:
- Ты опять мне намекаешь на мою древофилию?
- Извини, друг, я всё еще не могу позволить себе открыто шутить над твоей новой любовью.

Илья пошутил что-то в ответ и продолжил свои записи. Я тяжело вздохнул. Тягучая жидкость обвила ноги аспиранта и утекала уже куда-то в район кафедры профессора. Её никто не видел. Ни Илья, ни аспирант, ни добрая сотня студенческих лиц не смогла увидеть плод моего воображения. Я завороженно смотрел за происходящим, пытаясь перестать врать самому себе – я точно такое уже встречал. Когда-то очень давно. Когда-то, когда мессенджер телефона еще не взрывался хреновой кучей бесконечных сообщений.

«Так может быть ты что-нибудь уже ответишь?»

«P.I.R. Piece in rest» - ответил я. Быть может, у моей девушки Светы, сегодня будет очередная куча негодования по поводу моих холодных ответов. Быть может, она просто проигнорирует и будет делать вид, что меня не существует, и это будет длиться пару дней. Может быть, вообще ничего не произойдет и я снова всё забуду. Я судорожно сглотнул комок в горле. Не сейчас. Только не сейчас. В соседнем окне мигало еще одно сообщение от моей старой доброй подруги, переливаясь зеленым индикатором. Словно та самая надежда, которую я так отчаянно искал в недавние октябрьские дни.

Natalie_LSD: да, я теперь точно перевелась учиться в Екатеринбург! Как здорово, что ты написал! Я хотела раньше, но ты меня опередил. Давай встретимся, да-а! Очень хочу с тобой обсудить много всего произошедшего. Прямо, как раньше. И тебя послушать, конечно!

Danny_Falls: жду не дождусь! Может завтра? Как насчёт завтра? После учебы?
Natalie_LSD: отличная мысль! Освобождаю вечер :)

Я с улыбкой откинул свою голову на спинку стула, устремив взгляд в потолок. Если мир и сходит с ума, то настало время в нём разобраться. Настало время разузнать таинства и понять, что со мной происходит. Мы остановим конец света, если таковой вообще будет. Моя лучшая подруга возвращается в мою жизнь. А вместе мы до всего доберемся. Прямо, как раньше. Тем временем, черную субстанцию засосало обратно за дверной проём, а сильный ветер продолжал гнуть рябины на улице. Илья продолжал записывать монолог аспиранта. Лекция продолжалась. Продолжалась и жизнь.

@темы: Моё творчество

02:35 

lock Доступ к записи ограничен

Кэналлийский Воронёнок
"Паук великолепно проводил время. Он никогда не работал в офисе. Он вообще никогда не работал" (с) Нил Гейман, "Дети Ананси"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:24 

lock Доступ к записи ограничен

Vega-216
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

20:20 

lock Доступ к записи ограничен

Нежная Валькирия
Я смотрю, ты нашла мои антенны любви. :)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

20:08 

lock Доступ к записи ограничен

Кэналлийский Воронёнок
"Паук великолепно проводил время. Он никогда не работал в офисе. Он вообще никогда не работал" (с) Нил Гейман, "Дети Ананси"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

21:49 

lock Доступ к записи ограничен

Кэналлийский Воронёнок
"Паук великолепно проводил время. Он никогда не работал в офисе. Он вообще никогда не работал" (с) Нил Гейман, "Дети Ананси"
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

Под знаменем света

главная